Бабушке не давали видеться с внуком, поэтому она наблюдала за ним через забор детсада

03.08.2020 Выкл. Автор Pozya
Бабушке не давали видеться с внуком, поэтому она наблюдала за ним через забор детсада

Маргарита Николаевна уже была на пенсии. Каждый день она ходила к одному детскому садику. Чтобы никто не принял ее за сумасшедшую, она всегда брала с собой своего пуделя Барона.

 Маргарита Николаевна внимательно наблюдала за детьми за забором детского садика. Ее лицо озаряла радостная улыбка, как только она находила глазами  одного мальчика лет трех. Бабушка внимательно наблюдала за этим мальчиком: как он ходит, что делает. Она всё старалась запомнить, чтобы потом всё рассказать дома своему  мужу.

Николай Петрович из-за скачков давления редко выходил из квартиры: супруги боялись повторения инсульта.

Маргарита Николаевна смотрела на мальчика и думала: «Серёженька, как же ты похож на своего папу. Замечательный ты мой! Как я могла подумать только, что ты не наш? Мальчик наш родной. Внучек мой любимый!»

Барону было так скучно стоять у забора детского сада. Но, что он мог поделать? Он терпеливо ждал свою хозяйку, надеясь, что потом они отправятся в парк, где он сможет побегать и порезвиться.

Потом прогулка у детей закончилась, и Маргарита Николаевна пошла домой.

Возле подъезда своего дома она села на лавочку, достала телефон, позвонила сыну.

— Димочка, здравствуй! Что сказала Катя? Она разрешила нам увидеть Сережку? – спросила женщина очень взволнованно.

— Мама, мне очень жаль. Но Катя не разрешила этого сделать. Она не хочет, чтобы вы общались. Я ничего не могу сделать. Пока Сережа был маленький, я мог привозить его к вам. Но сейчас он вырос, он все расскажет Кате. У нас будет дома большой скандал. Я не хочу всего этого, — ответил Дима.

— Я все поняла, сынок. Но ты же еще потом попробуешь поговорить с ней? Хорошо, сынок? – попросила Маргарита Николаевна.  

— Попробую, мама. Но положительного результата гарантировать не могу, — ответил сын.

После разговора с сыном Маргарита Николаевна  поднялась на лифте в свою квартиру. Как только она открыла дверь квартиры, из комнаты вышел Николай Петрович.

— Как дела? Катя разрешила нам увидеться с Сережей? – с надеждой в голосе спросил он.

— Нет! – ответила Маргарита Николаевна и расплакалась.

Вечером она позвонила своей подружке и все ей рассказала. А подружка ей в ответ сказала:

— А чего ты теперь хочешь от своей невестки? Я ее прекрасно понимаю! Ты же сама во всем виновата. Сначала ты не разрешала своему Диме встречаться с ней. Тебе уж очень не нравилось, что она приехала в город из села и мама у нее доярка. А отца вообще нет. Катя так хотела с тобой подружиться. Но ты на контакт не шла. Потом она забеременела. Как ты на это отреагировала? Ты потребовала, чтобы она сделала аборт! Чтобы было, если бы она тебя послушала? Не было бы тогда на свете твоего обожаемого внука Сереженьки. Ты даже кричала, что Катя беременна не от Димы. Но и на этом ты не остановилась: ты договорилась в больнице об аборте. Ты даже отвела туда Катю. Но, она молодец, смогла сбежать оттуда и сохранила ребенка. Потом Дима женился на Кате. И они пришли к вам в дом мужем и женой. Что ты сделала? Ты смирилась с выбором сына? Конечно же, нет! Ты начала выгонять Катю с квартиры, ты даже проклинала ее. Потом родился Сережка. Катя позвала вас в гости, хотела познакомить вас с внуком. Она оказалась такой доброй, не держала на тебя зла. Что ты сотворила на этот раз? Напомнить тебе? Или ты и так помнишь? Ты начала кричать, что это вообще не твой внук! И ты после этого всего хочешь, чтобы Катя тебя простила и разрешила общаться с внуком? Я вообще удивляюсь: как это потом из твоей головы вся дурь ушла, и ты наконец-то поняла, что же ты натворила. Хорошо хоть Дима приносил к вам Сережку, пока тот маленький был. Он все это делал в тайне от Кати, когда возил сына на прогулку. Ты представляешь, какой бы был скандал, если бы Катя об этом узнала?    

Маргарите Николаевне нечего было сказать в ответ. Подруга рассказала все, как было на самом деле.

После разговора с подругой она пошла в комнату, прилегла на диван и начала все вспоминать: муж был директором завода, она работала в крупной фирме бухгалтером. Дима был отличником в школе, поступил в хороший институт. Прекрасно там учился. Потом нашел себе отличную работу. Все было замечательно. А потом он познакомился с Катей. И пошло-поехало.

Маргарита Николаевна с ужасом подумала о том, что было бы, если бы Дима и Катя послушали ее. Но они поступили так, как посчитали нужным. После большого скандала молодые перестали с ними общаться. И о их жизни они ничего не знали.

Маргарита Николаевна вспомнила, как первый раз увидела своего внука. Она зачем-то пошла в магазин и там увидела своего сына. На руках у Димы был ребенок. Маргарита Николаевна подошла к сыну. Они не виделись очень давно: прошло больше года. Маленький мальчик, которого Дима держал на руках, был одет в красивый синий комбинезон. Когда он повернулся к Маргарите Николаевне, она уронила сумку на пол: на нее улыбаясь, смотрел ее сын в детстве. У ребенка была такая же ямочка на левой щечке. И была родинка на височке, как у нее.

— У тебя родился сын… Как вы его назвали?

— Сережка, — ответил Дима.

— Сынок, можно мне его подержать? — спросила дрожащим голосом Маргарита Николаевна.

— Можно, — ответил Дима и отдал ее своего сына.

Маргарита Николаевна до сих пор помнила, то, как была счастлива, когда взяла на руки первый раз своего внука. Это было огромное, просто безграничное счастье.

На следующий день они с мужем купили много подарков и поехали в гости к сыну, невестке и своему внуку. Но Катя категорически отказалась с ними общаться. Даже не пустила их в квартиру. Дима просил Катю простить их, но всё было напрасно.

Когда Дима мог он приносил маленького Сережку к ним домой. Бабушка и дедушка не могли налюбоваться и наиграться со своим внуком. Потом Сережке исполнилось два годика. Он начал разговаривать и Дима перестал привозить сына к родителям: он боялся, что Сережка обо всем расскажет Кате. И тогда будет большой скандал.

Чтобы видеть своего внука хотя бы издалека, Маргарита Николаевна и ходила к детскому саду. Она смотрела на внука, любовалась им и ругала себя за свою глупость и ужасные поступки, которые имели такие последствия. Она так хотела быть настоящей бабушкой для своего внука: гулять с ним, печь ему пирожки, покупать ему подарки, баловать его. Но она сама лишила себя и своего мужа такой возможности. Она сама была во всем виновата: она так сильно обидела свою невестку, была так несправедлива к ней.

Катя была замечательной женой и мамой.

«Почему же я была такой дурой! Никогда себе этого не прощу», — думала Маргарита Николаевна.

От этой ситуации страдали все. Дима, которому было жалко своих родителей, потому что они не имели возможности видеть своего внука. Страдала и Катя: ведь она прекрасно видела, как мучается Дима, но не могла пересилить себя и простить Маргариту Николаевну.

Как-то раз Катя проходила мимо храма. Какая-то неведомая сила потянула ее в храм. Там Катя помолилась, поставила свечек и уже собиралась уходить. Но тут ее увидел батюшка. Они начали разговаривать, и Катя ему рассказала все о своей жизни. Батюшка ответил так:

—  Тебе надо простить свою свекровь. Бог всех любит. Ты себе и своему ребенку только хуже делаешь. Твоя свекровь уже все поняла. Иначе бы она не приходила к тебе мириться. Все люди совершают ошибки. Твоя свекровь уже за свою ошибку заплатила такую дорогую цену. А ты лишаешь своего сына бабушки и дедушки. Кому ты делаешь хуже? Ведь у других детей есть бабушки и дедушки, а твоего сына нет. Разве он никогда не спрашивал, где его бабушка и дедушка?

— Спрашивал. Я ответила, что они уехали очень далеко и надолго в командировку, — ответила Катя.

— Прости свекровь и дай ей возможность общаться с внуком, —  дал Кате такой совет священник.

Две ночи Катя не спала: всё думала о словах священника. Вечером Катя приняла решение: отвезти Сережку в гости к бабушке и дедушке.

Катя забрала сына из садика и пошла с ним по улице.

— А мы что, не домой? Куда мы идем? – удивленно спросил Сережка.

— Нет, мы идем в гости. К дедушке и бабушке, — ответила Катя.

— Ура! Они уже вернулись из своей командировки? У меня теперь будет настоящая бабушка и настоящий дедушка! – обрадовался Сережка.

 — К нам кто-то пришел! Открой дверь, — сказал Николай Петрович.

Маргарита Николаевна открыла дверь и просто дар речи потеряла от изумления: на пороге стояла Катя с Сережей. Маргарита Николаевна села на пуфик и молчала: она просто не могла найти слов, которыми бы могла выразить то, что она сейчас чувствовала. А Сережка не терял времени зря: он подбежал к бабушке, обнял ее и сказал:

— Я так рад, моя дорогая бабулечка, что ты наконец-то приехала со своей такой долгой командировки!  А где дедушка? Он же тоже с тобой приехал?

Сережка побежал искать в квартире своего дедушку.

— Здравствуйте, Маргарита Николаевна, — тихо сказала Катя.

— Здравствуй, Катя! Ты, прости меня, очень тебя прошу! Я так не могу жить! Я так хочу видеть своего внука! – заплакала пожилая женщина.

— Я смогла простить вас. Это было нелегко. Но потом я поняла, что это все неправильно. Я не имею права лишать вас общения с родным внуком, — ответила Катя.

Свекровь обняла невестку. Женщины плакали. Потом они сидели на кухне, пили чай, а Сережка сидел рядом и рисовал. Потом он с гордостью показал всем свой рисунок: на рисунке он нарисовал себя, маму, папу, бабушку и дедушку. Все держались за руки. Маргарита Николаевна расплакалась, когда увидела, что нарисовал ее внук. Она попросила мальчика подарить этот рисунок ей. Сережка согласился.

Маргарита Николаевна бережно взяла рисунок и сказала:

— Куплю красивую рамку и повешу этот рисунок в гостиной.

 Потом Катя позвонила Диме и рассказала ему, где она сейчас находится. Дима очень обрадовался, когда узнал, что Катя смогла простить свекровь и даже сама отвела к ним гости Сережку.

Сережка уснул на руках дедушки.

Теперь вся семья наверстывает упущенное время. Дедушка и бабушка просто обожают своего внука. Они покупают ему одежду, игрушки, гуляют с ним в парке. А летом они все вместе поедут отдыхать на море.

Как же замечательно, что Катя нашла в себе силы простить свою свекровь. Теперь в мире на пять счастливых человек больше. Разве это не замечательно?